дополнительно:
Дестини Хоуп - вдова, хотя никто в ее нынешнем окружении об этом не знает. Она сменила город и фамилию (вернула свою девичью) шесть лет назад.

Ее муж, талантливый инженер-конструктор Эдриан Фриман, с которым они вместе проектировали «идеальный город будущего», страдал тяжелой формой клинической депрессии. Дестини, одержимая идеей гармонии и пропорций золотого сечения, пыталась «спроектировать» их жизнь, их дом и их быт так, чтобы излечить его. Она верила, что правильно организованное пространство и свет вылечат душу. Это была ее профессиональная гордыня. Она потерпела крах. Эдриан покончил с собой прямо в их «идеальном доме со стеклянными стенами», оставив ей записку: «Ты не можешь построить счастье на чертеже. Прости, что я оказался бракованным материалом».

С тех пор Дестини живет с чувством вины, которое превратила в броню. Она проектирует реабилитационные центры для людей с ПТСР и депрессией, пытаясь через архитектуру сделать то, что не смогла сделать как человек. Она больше никогда не проектирует жилые дома для себя и живет в аскетичном интерьере почти пустого лофта.

Ее характер - это сложная инженерная конструкция, где каждый винтик держит на себе всю систему, чтобы она не рухнула в бездну.

• Дестини не контролирует других - она контролирует исключительно себя. Каждый ее жест выверен. Она не размахивает руками, не смеется в голос, не всхлипывает в кино. Это не бесчувственность, это агорафобия эмоций: она патологически боится выпустить чувства наружу, потому что однажды (когда умер муж) она позволила горю захлестнуть себя и чуть не сошла с ума. С тех пор она держит эмоции в «сейсмически устойчивом каркасе». Она улыбается уголком губ ровно тогда, когда это уместно, и этого достаточно, чтобы люди считали ее высокомерной стервой. На самом деле, если она позволит себе заплакать, она боится, что не сможет остановиться.

• Она архитектор и смотрит на мир соответствующе. Люди для нее - это «функциональные зоны». Если вы не приносите пользы, не создаете красоты или хотя бы устойчивости, вы для нее - архитектурный мусор.

• Внутри ее стального каркаса спрятан вулкан страсти к жизни. Дестини отрицает радость, но тайно ею наслаждается. Она может заказать бокал вина за 500 долларов и выпить его в полном одиночестве, смакуя каждую танинную ноту, но если кто-то застанет ее за этим занятием, она скажет, что «изучала цветовую гамму напитка для подбора колера стен». Она любит красоту плоти, текстуры, ткани. Ночью, оставшись одна, она ходит босиком по холодному бетонному полу своей квартиры и слушает виолончель, позволяя музыке на десять минут стать ее наркотиком. Это ее тайный ритуал, ее «золотое сечение» между долгом и удовольствием.

• Дестини вдова - не столько юридически, сколько ментально. И она до сих пор верна мертвому мужу. Это не светлая печаль, а тяжелые кандалы вины. Каждый раз, чувствуя влечение к мужчине, она испытывает почти физическую боль, как будто изменяет Эдриану. Любой шаг навстречу другому сопровождается чудовищным скрипом и внутренним землетрясением.

• Ее язык любви - не слова. Дестини не умеет говорить комплименты или ласковые глупости. Она «проектирует» свою любовь. Если Дестини любит, она не скажет этого прямо. Она переделает дверной проем так, чтобы утренний свет падал ровно на подушку возлюбленного. Или положит на стол чертеж его кабинета, где эргономика будет идеальной. Она заботится через структуру и пространство. Ее чувства надо читать между линий, как на инженерном плане.